Карта сайта
Соцреализм - условный жанр советского искусства. Художники, поэты, скульпторы, писатели, драматурги.

Советские революционные песни Клавдии Шульженко




Первый опыт создания современного материала для Шульженко был связан с творческим сотрудничеством с Павлом Германом - автором знаменитого «Авиамарша». Воодушевленный популярностью своего детища, поэт решил попробовать себя в ином жанре, так называемой бытовой песни. Написанные им на музыку композитора В. Кручинина «Шахта №3» и «Песня о кирпичном заводе» были предложены молодой певице. Следует отметить, что в случае со вторым произведением Кручинин лишь аранжировал популярный вальс «Две собачки», хорошо знакомый слушателям начала XX века по шипящим граммофонным пластинкам и звукам уличной шарманки. Текст «Песни...» рассказывал простую историю рабочего паренька, трудившегося на кирпичном заводе и нашедшего там свою любовь и счастье. Сочетание знакомой мелодии с актуальным содержанием сотворило чудо: песня была немедленно подхвачена публикой.

 

Клавдию преследовали поклонники-слушатели, умолявшие дать слова полюбившегося произведения. «Кирпичики» (как прозвали песню в народе) распевали на улицах и со сцены. Мотив шлягера оказался таким живучим, что пережил свою эпоху, пополнив городской и тюремный фольклор самыми разнообразными вариациями. По сюжету песни в 1925 году поставили фильм, мелодию -в качестве узнаваемого художественного символа - неоднократно включали в театральные постановки. Успех был ошеломляющим, однако столь же распространенной стала и критика злосчастной песни: обвинения в пошлости и подражании исполнителям дореволюционных «шансонеток» так досаждали авторам и исполнительнице, что Шульженко впоследствии о «Кирпичиках» вспоминать не любила.

Тем не менее, к моменту поездки в Ленинград в творческом багаже Клавдии уже скопилось несколько песен, входивших в ее собственный репертуар. Среди них была веселая игровая «Шуточка» (в дальнейшем исполняемая под названием «На санках»), которую написали харьковские друзья певицы Евгений Брейтин-гам и Юлий Мейтус. Песня представляла собой диалог юных влюбленных Жоржа и Кэти, то есть предполагала некоторую драматургию, что позволяло певице использовать свой театральный опыт. Ее Шульженко пела довольно долго - в отличие от других произведений. «Красный мак» и «Колонна октябрей» скоро исчезли из ее программ, несмотря на насущный революционный пафос. Творческая интуиция подсказывала певице, что ее успех - в исполнении лирической песни. Именно такими были лучшие номера репертуара Клавдии Шульженко: «Встреча», «Руки», «Не жалею»...Однако столкновения с цензурой, яростно ополчившейся против «мещанской музыки», вынуждали Клавдию искать, что называется, обходные пути. Одним из них стало включение в программу фольклора (этот маневр посоветовала Шульженко этнограф Э. Паперная). Номера исполнялись на украинском, испанском, русском и немецком языках и обозначались как «песни народов» - подобная формулировка действовала на критиков успокаивающе и позволяла певице работать в наиболее органичном для себя формате. В тридцатые годы она стала выступать с сольными концертами: программа именовалась вполне корректно -«Советские революционные и жанровые песни» и пользовалась успехом у публики.


В военные годы фирменный стиль Шульженко, уже любимый и безошибочно узнаваемый поклонниками, оказался особенно востребован аудиторией: время расставило всё на свои места. Идеологические лозунги, революционный пафос и искусственно культивируемый на эстраде оптимизм уступили место искренности и естественности. Анализируя особенности искусства тех лет, можно сказать, что трагические испытания оказали серьезное влияние на его развитие. Военное лихолетье не только сплотило людей, но и заставило их по-новому осмыслить свое существование. Фронтовой зритель, хорошо знающий цену жизни и подлинным чувствам, был чуток к любым проявлениям фальши. Эмоциональная отзывчивость исполнительницы и ее профессиональное мастерство позволяли безошибочно найти нужный путь к сердцам слушателей. Они просили, чтобы певица выступала не в военной форме, а в концертном платье - как в мирное время.
Люди хотели слышать не только шуточные куплеты, но и грустные истории о любви...

Ради улыбки своего фронтового зрителя Шульженко готова была работать до изнеможения. «Ради нее можно было километрами пробираться по разбитым дорогам, переживать бомбежки и обстрелы, недоедать и недосыпать, забывать о трудностях, забывать о себе. Там, на фронте, поняла, что не может быть для артиста более высокой награды, чем эта улыбка, любовь и признательность воинов, которым твое искусство оказалось нужным», -вспоминала певица. У Клавдии Ивановны, на себе испытавшей тяготы военного времени, как будто открылось второе дыхание: лучшие из ее песен вошли в репертуар как раз в этот период. Среди них - «Вечер на рейде», «Давай закурим...» и, конечно, «Синий платочек».