Карта сайта
Соцреализм - условный жанр советского искусства. Художники, поэты, скульпторы, писатели, драматурги.

Смерть Эвиты и бегства Хуана Перона из страны




Как и всякая уважающая себя женщина, к тому же вышедшая из самых низов, Эва обожала драгоценности. Ее великолепные наряды всегда подчеркивали сияющие украшения, иногда камней было даже чересчур много. Впрочем, аргентинский народ был готов простить ей эту слабость. Елена Астахова, историк и супруга посла России в Аргентине, рассказывала: «Очень хрупкая женщина. Очень любила себя чисто внешне, была увешана драгоценностями, которых было даже слишком много для ее хрупкого тела. Известна ее фраза, когда она выступала в театре "Колон". Она выходила на сцену громадного шестиярусного театра, воздевала руки, унизанные кольцами, и говорила: "Эти драгоценности, мой народ, я ношу для вас!". И весь зал взрывался аплодисментами».

В 1955 году, уже после смерти Эвиты и бегства Хуана Перона из страны, простой народ получил возможность увидеть в подробностях, какими богатствами окружила себя «королева бедняков». На страницах «Дейли экспресс» были опубликованы целые списки. Сам автор, очевидно, находился под впечатлением: «Это было зрелище, которое затмило бы пещеру Аладдина». Бриллианты, изумруды и другие драгоценные камни были буквально повсюду. Почти полсотни платьев, множество из коллекций «Шанель», «Диор» и других, чуть менее знаменитых домов, а также несколько сотен пар туфель покоились в теперь уже никому не принадлежавшем гардеробе. Сегодня эти вещи стали экспонатами в музее имени Эвиты Дуарте де Перон в Буэнос-Айресе. Сама Эва говорила: «Я не оставлю ни одной из этих вещей матери или сестрам. Хочу, чтобы все забрали в музей».

 

Еще она завещала: «Мои ювелирные украшения мне не принадлежат. Большинство из них мне подарил народ. Но и те драгоценности, которые я получила от друзей, представителей иностранных государств и генерала Перона, я намерена отдать народу. Мне не хотелось, чтобы они попали в руки олигархии. Поэтому пусть из моих украшений создадут постоянный фонд, который будет служить гарантией при получении банковских кредитов для строительства жилья, предназначенного трудящимся».Очевидно, такое стремление к роскоши было лишь ярким отражением тяги Эвиты к представителям высшего общества. Ей была в тягость мысль о ее низком происхождении, и она понимала, что ее многие этим попрекают. Уругвайский писатель Эдуардо Галеано вспоминает: «Ее ненавидели зажравшиеся люди: за ее бедное происхождение, за то, что она была женщиной, за ее заметность. Она родилась прислугой, но посмела забыть свое место». Что правда, то правда: в сознании аргентинской элиты Эва Дуарте всегда оставалась уличной девкой, глупой и надменной выскочкой.

Мнений о личности первой леди Аргентины было высказано множество. Одни с пеной у рта доказывают, что было время, когда «святая Эвита» занималась проституцией и даже прибегала к абортам; другие уверяют, что это ложь и подобные слухи возникли на почве ее профессиональной деятельности. Однако снимки, скандальные снимки юной жены президента, на самом деле существовали. Уже став тем, кем она стала, Эва позаботилась о том, чтобы журналы с порочащими ее фотографиями были изъяты из всех архивов и уничтожены. Ей необходимо было поддерживать статус первой леди и иметь соответствующий имидж! Однажды, прибыв с официальным визитом в Италию, Эва проезжала по улицам Милана в компании отставного адмирала и приветствовала встречающий ее народ. Ее возмущению не было предела, когда она услышала, как кто-то в толпе обозвал ее шлюхой! Не удержавшись, сеньора Перон пожаловалась на унизительные слова своему спутнику. На что адмирал с ухмылкой заметил, что отлично понимает ее возмущение: он сам не ходил в море уже пятнадцать лет, а народ по-прежнему величает его адмиралом.